Цитаты и афоризмы

Почему мы живем в мире, где масса электрона почти в две тысячи раз меньше, чем масса протона? Что за странное такое число? Если бы мы массу электрона увеличили вдвое или уменьшили ее вдвое, жизнь нашего типа опять же была бы невозможна. Вот еще один вопрос. Мы живем в мире, где энергия пустого места, вакуума, не обязана быть равной нулю, но она ничтожно маленькая, ее значение как раз было недавно измерено. Если бы оно было примерно в сто раз больше, то мы жить не могли бы, потому что наши галактики попросту бы разорвало. Если бы эта энергия оказалась отрицательной, мы опять же жить не могли бы, потому что Вселенная быстро бы сколлапсировала.

И тогда приходит довольно естественная идея. А может быть, существует много различных миров и мы живем именно в том, в котором наше существование возможно? Миры, где, например, энергия вакуума большая, но жить мы там не можем, хотя они тоже возможны. Там, где масса протона и нейтрона отличаются сильнее, чем у нас, мы жить тоже не можем, но и эти миры могут существовать. Этот способ думать, что человек живет в той части Вселенной, где его существование возможно (он называется антропным принципом), имеет смысл, только если у Вселенной есть возможность себя по-разному реализовать. Если бы мир был везде одинаков, то мала была бы вероятность того, что нам по дурости повезло, что мы оказались в мире, где все так специально под нас тонко подогнано. Пришлось бы думать, что, наверное, это Бог так специально все устроил, чтобы мы в этом мире жили. А в нашей теории сама Вселенная подобрала все нужные условия, в одном месте подходящие для нас, в другом — для кого-то другого. Если отказаться от идеи множественности во Вселенной, то эту проблему — почему произошло много подгонки специально под нас — решить очень сложно. А ведь это реальная физическая проблема.

Пожалуй. Безумие — это иногда здорово. Потому что то, что происходит в природе, в устройстве мира — настоящее безумие. Квантовая механика — полнейшее безумие, но она работает. Потому что Вселенная не в своем уме. Ее нормальный человек понять не способен — возьмите хотя бы космологию: время, пространство, Большой взрыв. Вот ты придумал идею — вроде она достаточно безумная, чтобы подойти этому безумному миру. А потом понимаешь, что мир еще безумнее, чем тебе казалось, и нужно придумать еще одну, более безумную идею, чтобы в нем разобраться. Примерно так и устроена наука.

Логика квантовой теории поля и инфляционной космологии заставляет меня признать, что в бесконечно отдаленном будущем в вакууме будут рождаться все новые и новые копии меня самого, точнее, моего нынешнего сознания. Но если это так, почему я должен верить, что я нынешний — это и есть оригинал, а не одна из копий? Более того, коль скоро число копий бесконечно, такая вероятность больше, чем вероятность быть первоисточником. Конечно, этот парадокс можно обойти. Например, можно предположить, что темная энергия, вызывающая экспоненциальное расширение Вселенной, распадется прежде, чем появятся хоть какие-то шансы на рождение всего лишь одной моей копии. В таком случае я вправе считать себя оригиналом, но вынужден предсказать, что Вселенная обречена на исчезновение. Фактически речь идет о том, как сопоставлять вероятности различных процессов в вечно обновляющемся фрактальном мироздании. Это вполне реальная и очень серьезная проблема космологии. В принципе такое сравнение можно делать самыми разными способами. Однако если мы захотим, чтобы результаты отвечали нашей интуитивной вере в собственную реальность, очень многие алгоритмы сравнения придется отбросить. Вот и получается, что вроде бы чисто фантастическая идея больцмановского мозга выполняет в космологии очень серьезную роль. 

И речь идет даже о большем. Сейчас мы начинаем вполне рационально обсуждать проблемы, которые раньше нам и в голову не приходили. Например, что такое сознание и может ли оно развиться из вакуума? Надо ли считать, что для этого вакуум непременно должен творить высокомолекулярные биоструктуры, или же он может обойтись электронными компьютерами? Более того, можно показать, что вакууму выгодней всего рождать не больших людей, а компьютеры размером с маленькую черную дыру. Так может, мы и есть такие компьютеры и только думаем, что мы люди? Мы верим, что это не так, и стараемся построить картину мира, в которой такая возможность была бы исключена. Но чтобы в этом всерьез разобраться, нужно не бояться залезать в вопросы, которые граничат и с физикой, и с психологией, и с философией. Раньше подобные дискуссии сочли бы недостойными ученых, а вот сейчас они постепенно становятся частью науки.

Ответ на вопрос — "является ли пространство конечным или бесконечным?" может зависеть от того, как вы определяете пространство и время по отдельности. Есть пространство-время, этому нас учит Эйнштейн. В этом случае оно конечное. Есть философское видение вопроса , и в этом случае оно потенциально бесконечное.