Цитаты и афоризмы

Меня часто спрашивают, какой самый страшный факт я знаю. Через 22 млрд. лет есть шанс, что ускоряющееся расширение Вселенной будет настолько мощным, что звёзды будут оторваны от галактик. Они уйдут за грань нашего наблюдаемого горизонта Вселенной. Атомы будут вырваны из молекул, а атомные ядра из атомов и сама ткань пространства-времени, те самые пиксели, из которых построена наша четырёхмерная Вселенная, они будут оторваны друг от друга. Так как это базовая единица всего сущего в нашей Вселенной, то они не могут просто разойтись. Ткань пространства-времени порвётся. Я теряю сон, когда думаю о таком развитии событий. Мы начали с Большого Взрыва, а закончить можем большим разрывом.

Да, мы можем по разному видеть мир и стремиться к разному будущему, но если существо способно чувствовать боль, мы не должны причинять ее. И это единственная универсальная ценность.

Если хочешь излечиться от невежества, надо в нём признаться.

История есть не что иное, как беспрерывное изменение человеческой природы.

Гуманистическая позиция европейской культуры сыграла важную роль в мировой истории – истории человечества, – и она, быть может, окажется тем фундаментом, на котором будет построено его будущее. Сквозь ретроспективу тысячелетий нельзя не увидеть то влияние на мировую историю, которое оказал поток идей и мироощущений, возникший ещё в античной Греции. Где-то в глубине столетий до нашей эры родилось удивительное мировосприятие, которому не только суждено было выжить в окружении великих цивилизаций древности, но и пережить эти культуры. Не только пережить, но и сделаться источником того гуманного рационализма, плоды которого мы пожинаем и который, как я надеюсь, позволит людям найти проход между Сциллой и Харибдой современного мира – трудностями, порождёнными техническим прогрессом, необходимостью его дальнейшего развития, и опасностями, связанными с этим.

Гуманизм – это больше, чем только этическая доктрина, поскольку в нем ставится задача собрать воедино и систематизировать все области и формы проявления человечности человека. Это значит, что в рамках гуманистического проекта интегрируются и культивируются на уровне мировоззрения и образа жизни нравственные, гражданско-правовые, политические, социальные, национальные и глобальные, философские, эстетические, научные, жизнесмысловые, экологические и все иные человеческие ценности. Гуманизм не является и не должен являться идеологией или какой-либо партийно-политической программой, т.е. общественным идейным течением, организующей, мобилизующей и направляющей людей к достижению определенных политических или иных целей, связанных с господством и властью части людей над остальными членами национального или мирового сообщества. Вместе с тем, гуманизм помогает прояснить диапазон и утвердить законное многообразие, плюрализм политических ценностей, от которых требует лишь признать общечеловеческие ценности в качестве своей общей основы. 

Если ты не выучил законы физики, ты можешь заниматься какой угодно философией, но ты можешь делать глупые ошибки и никогда об этом не догадаться. И тогда я понял, что, прежде чем заниматься философскими вещами, я должен изучить физику.

Традиции всех мёртвых поколений тяготеют, как кошмар, над умами живых.

…Для разума сомнение есть совершенно то же, что и совесть. Со-мнение, со-ведение, со-весть. И совесть, и сомнение суть то, что мы знаем кроме того, во что нам хотелось бы верить.

Все действительное разумно, все разумное действительно. 

Хотя б на миг очнись, взгляни хотя б однажды,

Как Время яростно и слепо топчет нас!

Я никогда не отдам жизнь за свои убеждения, потому что я могу заблуждаться.

Проблема этого мира в том, что глупцы и фанатики слишком уверенны в себе, а умные люди полны сомнений.

Философия, которая борется с алчностью, гораздо лучше философии, которая разрабатывает законы об охране собственности.

Смириться с конечностью – значит создать условия для психического здоровья и человеческого прогресса, в то время как неспособность принять её является чертой невротической личности.

Человек — не «образ божий», а потомок дикого, хищного зверья. И дивиться нужно не тому, что в человечестве так много этого дикого и хищного, а тому — сколько в нем все-таки самопожертвования, героизма, человеколюбия. Нечего приходить в отчаяние, что у волка, ястреба, человека так много волчьего, ястребиного и… человечьего. Это вполне естественно. А вот от этого можно испытывать большую радость: сколько уж в человечестве высокой моральной красоты! И сколько ее еще будет, когда явятся более благоприятные условия!

Счастье лишь потому настоящее счастье, что ему должен наступить конец, мысль и любовь не теряют своей ценности от того, что они не вечны.

Когда мудрость проникает в душу, она дарит мыслям тишину и молчание, даря бесценную возможность — все осмыслить.

Нет худшей лжи, чем неправильно понятая истина.

Физика — единственная профессия, в которой пророчество не только точное, но и рутинное.